В китайском ВВП по итогам минувшего года отмечен нисходящий тренд. Об этом и о последствиях спада для глобальной экономики – в материале ТАСС.

В следующий понедельник, 21 января 2019 года, национальное статистическое бюро КНР опубликует квартальную оценку ВВП Китая. Согласно консенсус-прогнозу, валовой внутренний продукт Поднебесной по итогам четвертого квартала 2018 года увеличится на 6,4% в годовом выражении. В лучшем случае этот показатель останется на уровне предыдущего квартала и вырастет на 6,5%. Ну а по итогам всего 2018 года рост ВВП Китая составит порядка 6,6%. Это может стать худшим результатом для китайской экономики с 1990 года.

Валовой внутренний продукт представляет собой рыночную стоимость всех конечных товаров и услуг, произведенных за год во всех отраслях экономики на территории государства вне зависимости от национальной принадлежности использованных факторов производства. При этом в расчет принимаются товары и услуги, предназначенные как для внутреннего потребления и накопления, так и для экспорта.

Мы помним, что Китай вполне заслуженно называют "мировой фабрикой" — фактически эта страна занимает первое место в мире по количеству фабрик и заводов. Поэтому КНР является крупнейшим мировым экспортером.

С другой стороны, многолетняя политика привлечения иностранных инвестиций породила массовую практику переноса в Китай производства из других промышленно развитых стран и регионов мира. Прежде всего это относилось к США, Японии и к Западной Европе.

В настоящее время начинает проявляться тенденция к репатриации иностранных производств из Китая на территорию "материнских" стран. Более того, так называемая трампономика возводит указанную тенденцию в ранг государственной политики в США.

Другой угрозой для современной китайской экономики представляется тот факт, что она в значительной мере потеряла свою былую привлекательность для иностранных инвесторов. Наличие более дешевой рабочей силы стимулирует их размещать новые производства в Индонезии и Вьетнаме, а также в других азиатских странах с еще более низкой себестоимостью труда. Такая стратегия получила название "Китай плюс один". Она подразумевает, что новые инвестиции направляются в страны с более низкими производственными издержками.

Кроме того, никак нельзя сбрасывать со счетов наблюдающееся начало эпохи внедрения полностью или почти полностью автоматизированных производств.

Мы знаем из истории, что промышленная революция в Великобритании (и не только) на рубеже XVIII и XIX веков состоялась в условиях усилившегося протекционизма. Она сопровождалась резким увеличением производительности труда и сделала экономически неэффективным бытовавший до этого ремесленный способ производства.

Сейчас вполне уместно провести назревающую историческую параллель. Новая индустриализация в США в сочетании с текущим усилением протекционизма вполне способна пошатнуть позиции многих традиционно трудоемких секторов экономики Китая.

Вполне очевидно, что глобальные мировые экономические тенденции не могут не находить живого отражения в экономике КНР. Вполне справедливо и обратное утверждение. Значимые и масштабные тенденции в китайской экономике оказывают существенное влияние на макроэкономику многих других государств, являющихся внешнеторговыми партнерами КНР, особенно в регионе ЮВА.

Кроме того, Китай остается не только крупнейшей "мировой фабрикой", но и одним из ключевых мировых потребителей промышленного сырья и ископаемых энергоносителей.

В связи с масштабными потребностями в сырье и в энергоносителях одним из перспективных направлений роста китайской экономики является неоколониальный путь развития. Кроме традиционной Юго-Восточной Азии добавились Африка, Ближний Восток, Юго-Восточная Европа, в меньшей степени — Латинская Америка.

И этот путь может стать основным в случае негативного исхода разгоревшейся торговой войны между США и Китаем. Таким образом, мы логично приближаемся к развитию одной из ключевых макроэкономических интриг минувшего года. Завершение указанного сюжета станет "лекалом" для построения новых внешнеторговых отношений между США и всем остальным миром.

При изучении китайской статистики стоит учитывать еще один значимый аспект. Официальные макроэкономические данные из Китая зачастую воспринимаются с известной долей недоверия. Не секрет, что ключевые экономические показатели для многих стран носят имиджевый и пропагандистский характер. В этом плане "желаемое" нередко выдается за "действительное". И этот "подход" характерен не только для Китая.

Кроме того, существует несколько достаточно сложных методик расчета ВВП, которые не исключают различного рода ошибок. В СМИ появлялись сообщения о том, что в соответствии с одной из альтернативных методик расчета рост китайского ВВП по итогам 2018 года составил всего лишь 1,67%. Еще одна методика расчета указала на спад ВВП Китая по итогам минувшего года. Тем не менее ряд статистических данных из единого официального источника все же дает нам более или менее адекватное представление об относительной динамике ВВП Китая. Конечно, эти данные стоит оценивать с поправкой на "пропагандистскую надбавку".

Согласно официальным данным, текущая волна замедления роста ВВП Китая развивается еще с середины 2010 года. Если говорить в биржевых терминах, то на квартальном графике ВВП Китая сформировался устойчивый нисходящий тренд.

Напомним, что прирост номинального ВВП Поднебесной в долларах США по итогам минувшего года может составить 6,6%, что станет наихудшим показателем за минувшие 28 лет. В СМИ уже появились сообщения о том, что китайские власти планируют понизить целевое значение роста ВВП в 2019 году до 6−6,5%. Для сравнения: в уже далеких 1992 и 2007 годах ВВП Китая вырос на 14,2%.

Необходимо понимать, что столь существенные колебания темпов роста ВВП конкретной страны до некоторой степени закономерны. Классическая экономическая теория предполагает, что экономика отдельных стран развивается циклично.

Вслед за периодами экономического подъема следуют кризисы и депрессии, которые сменяются новым оживлением.

Другой особенностью современных экономических циклов представляется то, что кризисы в промышленно развитых странах нередко синхронизируются. Подтверждением указанной закономерности представляется тот факт, что предыдущий пик годового прироста ВВП Китая случился именно накануне мирового финансового кризиса 2008 года.

Ответ на вопрос о том, в какой же стадии экономического цикла находится современный Китай, представляется достаточно неоднозначным. С формальной точки зрения, при темпах роста ВВП более 6% в год экономика Китая продолжает находиться в стадии роста. Для любой другой страны такое развитие сейчас вообще остается за гранью возможностей. Однако, повторюсь, достоверность официальной китайской статистики нередко вызывает вполне обоснованные сомнения. С другой стороны, главное таможенное управление Китая сообщило о том, что в декабре 2018 года страна сократила свой экспорт в долларовом выражении на максимальные за два года 4,4%.

Не секрет, что затянувшийся торговый спор между США и Китаем продолжает наносить существенный ущерб экономике Поднебесной. С учетом указанного фактора в китайской экономике начинают проглядываться признаки стагнации. Это состояние вполне может характеризоваться незначительными темпами экономического роста. Вместе с тем говорить о начавшейся рецессии в Китае было бы явно преждевременно.

Среднесрочные перспективы китайской экономики в решающей степени зависят от итогов торговых переговоров между США и КНР. Надо признать, что в этом противостоянии у США более сильная позиция. Ее суть заключается в том, что США вполне способны обойтись без китайских товаров за счет поставок из других азиатских стран и в результате "новой индустриализации". В то же время Китай не сможет найти другой столь же привлекательный рынок сбыта. Поэтому КНР будет вынуждена пойти на уступки в двухсторонних торговых отношениях.

На данном этапе США и Китай готовятся к проведению нового раунда переговоров на более высоком уровне. И все же складывающаяся ситуация при любом исходе не пойдет на пользу китайской экономике. В отдаленной перспективе Китай будет вынужден находить и внедрять новые модели экономического роста.

А пока было бы вполне логичным ожидать от правительства Поднебесной ряда стимулирующих мер. Народный банк Китая (НБК) может продолжить политику смягчения требований к резервам с целью облегчения кредитования коммерческих предприятий. Вероятно, правительство разрешит местным органам власти увеличить заимствования. Не исключены и решения о смягчении налоговой нагрузки на бизнес.

Конечно, Китай внесет свой вклад в замедление развития глобальной экономики в ближайшие годы. Согласно различным оценкам, прирост глобального ВВП по паритету покупательной способности по итогам 2019 года составит порядка 2,9−3,6%.

ХАНОВ Михаил

Управляющий директор ИК "Алго Капитал"