Инвестиции в «Пояс и путь» Китай будет осуществлять через него

Глава правительства Гонконга Кэрри Лам на открытии двухдневной конференции-саммита инициативы «Пояс и путь» (Belt and Road — BRI) заявила, что китайский спецадминрайон будет главным финансовым и консалтинговым центром проектов BRI, пишет газета «Коммерсантъ». Потенциальные прибыли местной финансовой системы можно оценить в десятки миллиардов долларов в год. Эта стратегия должна долгосрочно поддерживать развитие экономики Гонконга — основного международного финансового центра в регионе, влияние которого на экономику КНР считалось ранее сокращающимся.

Инициатива BRI впервые выдвинута председателем КНР Си Цзиньпином в 2013 году и в 2015 году внесена в базовые документы планирования Китая. К инициативе присоединились несколько десятков азиатских, африканских и европейских стран, в мае 2015 года Россия и Китай подписали совместную декларацию о координации проектов BRI и ЕАЭС. BRI — проект по созданию новой инфраструктуры трех логистических коридоров из КНР в Евразию, сопровождаемый инвестициями в развитие стран, по территории которых проходят морские и сухопутные маршруты «Шелкового пути».

В ближайшие десятилетия расходы экономик региона в рамках проектов BRI оцениваются в сумму $4–6 трлн (в некоторых оценках до $8 трлн) — это крупнейший комплекс инвестпроектов в мире, в Китае он объявлен главным фокусом внешней политики на ближайшее время.

Фактически BRI рассматривается как единый проект глобализации бизнеса китайских компаний после коррекции в 2010-х экономической модели развития КНР, ранее ориентировавшейся на прямые иностранные инвестиции и предпочтение экспортных рынков национальному.

Экономическая стратегия Гонконга, одной из самых либеральных (по оценкам Doing Business Всемирного банка) и конкурентоспособных (по оценкам женевского IMD) экономик мира, в свете BRI обсуждалась и аналитиками, и экономистами — особенно в свете летних политических протестов в Гонконге, связанных с будущими политическими отношениями с КНР в рамках модели «одна страна — две системы». Активное развитие южных регионов КНР, в первую очередь Шеньчженя, потенциально сокращало роль самоуправляемого Гонконга в будущем BRI.

Впрочем, в феврале 2019 года Гонконг обнародовал собственную инициативу «Территории залива» — экономической кооперации Гонконга, Гуанчжоу, Шеньчженя и Макао.

В ней Гонконгу отдается роль финансового и сервисного, а Шеньчженю — промышленного и технологического центра объединенной региональной экономики с населением 71 млн человек, превосходящей по многим параметрам (в том числе по ВРП) агломерации «большого Нью-Йорка», городов Калифорнии и Токио. Стратегия поддержана и центральным правительством КНР, и региональными властями провинций Китая.

По словам госпожи Лам, впервые после спада протестов выступавшей в международной аудитории – протестующие в САР (спецадминрайон-ред.), помимо прочего, требовали ее отставки – Гонконг сейчас позиционирует себя как «самый конкурентоспособный город большого Китая» и «естественную гавань для проектов BRI» — в первую очередь финансовую, инжиниринговую и сервисную. Официальный Пекин полностью поддерживает эту роль САР в BRI — так, на открытии саммита выступил Хао Пэн, руководитель Комитета по контролю и управлению госимуществом КНР (SASAC) — организации по корпоративному управлению предприятиями «центрального подчинения» КНР (все крупнейшие промышленные госкомпании Китая, включая PetroChina), сходной по функциям с российской госкорпорацией «Ростехнологии». Кроме того, о поддержке интеграции Гонконга по этой схеме заявил замглавы Национального совета по развитию и реформам КНР Нин Цзичже — один из наиболее влиятельных китайских экономистов, экс-глава китайского комитета по статистике, и Гао Лунъюн, глава Всекитайской федерации промышленности и торговли: вопреки проблемам в отношениях САР и большого Китая, роль Гонконга в BRI Пекином поддерживается.

Не менее важны планы крупнейших банков-резидентов Гонконга — Bank of China, HSBC, Standard Chartered, гонконгского подразделения UBS, финансовых и страховых ассоциаций. Стандартно BRI воспринимается исключительно в свете госкредитов КНР странам-участникам, тогда как основная часть инвестиций в проекты «Пояса и пути» предполагается рыночными — и в этом аспекте Гонконг, как территория с британским правом, высочайшей в Азии концентрацией профессиональных сервисов и развитым риск-менеджментом, важен для проекта. По словам министра финансов Гонконга Пола Чаня, в целом около $1,7 трлн инвестиций (оценка ADB и HSBC) в проекты BRI будет привлекаться на IPO и в кредитных синдикатах, в большей части — через международный финансовый центр Гонконга. Кроме этого, для BRI Гонконг важен как один из крупнейших в мире морских портов и экономика с минимальными налогами, нулевым таможенным тарифом и развитым международным арбитражем в рамках британского права: несмотря на существование в Шеньчжене собственной биржи (она работает в партнерстве с гонконгской HKSE), «обработать» предполагаемый объем инвестиций в BRI силами только континентальной КНР, видимо, невозможно.

Масштабы будущих операций можно оценить, например, по такому аспекту проектов: в рамках BRI предполагается акцентироваться в том числе на экологических аспектах развития — и правительство Гонконга в начале 2019 года объявило о поддержке их через выпуск «зеленых бондов» на стартовую сумму в $13 млрд. В последние годы правительство Гонконга также создает собственную экосистему цифровых инноваций.

На саммите BRI в Гонконге подтвержден между тем и ряд ранее редко обсуждавшихся проектов «Пояса и пути», в том числе в ЕС.

Это инфраструктурные проекты в Венгрии и Словакии, промышленное и логистическое развитие французского Марселя (проект Les Fabriques), инвестиции BRI в проекты в Саудовской Аравии и ОАЭ. Инвестпроекты, основанные на проектном финансировании, предполагают соинвестирование в рамках «Пояса и пути» арабских и европейских фондов, зарабатывать на них предполагают не только банки и инвесторы Гонконга и КНР, но и Персидского залива, США и Европы.